Обитель Джека Потрошителя - Страница 44


К оглавлению

44

– Смерть всегда печальна. Мама Полинки была очень красивой, – попыталась я найти слова утешения. С ним это было сделать труднее, чем с девочкой.

– О, да! – кивнул Андрей. – Очень красивой, очень молодой и очень несчастной… – Голос его дрогнул, и он оборвал себя буквально на полуслове. – Так скажи все-таки, зачем ты приходила? – спросил он явно для того, чтобы сменить тему.

– Ну, это касается твоей работы…

– Вот как? Интересно.

– Ну, не совсем работы, я неправильно выразилась. Я хотела кое-что узнать о Диане.

Он удивленно приподнял брови:

– С каких пор тебя стала интересовать эта женщина?

– С тех самых, как она захотела купить у моих друзей старое зеркало и предложила за него, не торгуясь, огромную сумму. Меня удивило ее желание, скрывать не стану. Обычно в таких случаях покупатели бывают очень придирчивы, стараясь убедиться в подлинной ценности раритета. Ну, требуют заключения всяких там экспертов, консультантов и все такое. Диана же, насколько я могу судить, видела эту вещь всего лишь мельком и решилась на покупку без всяких свидетельств его подлинности.

– И много она предложила?

– Сто тысяч.

– Долларов, как я понимаю?

– Ты правильно понимаешь.

– Странное дело.

– Вот и я так подумала. Но если бы выяснилось, что Диана – страстный коллекционер… К примеру, собирает произведения египетской культуры. Тогда бы все встало на свои места.

– Да нет, полный бред! – убежденно возразил Андрей. – Диана совершенно не переносит старых вещей – у нее что-то вроде фобии. Никакая историческая ценность предмета не может преодолеть ее брезгливости: Диана убеждена, что антиквариат – это скопище болезнетворных бактерий и плесени, от которых не может избавить никакая реставрация. В ее доме находятся исключительно новые вещи, можешь поверить мне на слово.

– Тогда ее желание купить зеркало, возраст которого как минимум лет пятьсот, выглядит тем более странно.

– Погоди. Это не о том ли зеркале речь, с которым вы забавлялись на рождественской вечеринке?

– О нем. Только мне не вполне понятен твой сарказм по этому поводу. Ты ведь тоже побывал в комнате с зеркалом, насколько я помню. Неужели не заметил в вещице ничего необычного?

– Да я на него и не смотрел, – пожал Андрей плечами, – просто выждал время, когда можно будет вернуться в общую комнату.

Я не была уверена до конца, но мне вдруг показалось, что Андрей о чем-то умалчивает. И эта мысль была мне неприятна.

Глава 15

Неожиданно для нас обоих в кухню бочком протиснулась Полинка. Она была босиком, и Андрей немедленно подхватил ее на руки.

– Не спится? Ну что мне с тобой делать?

– Пусть Агнешка расскажет мне сказку. Обещаю, что тогда я сразу усну.

Наивная хитрость девчушки застала врасплох нас обоих. Я растерянно взглянула на Андрея, надеясь, что он придумает подходящую отговорку. Я понимала, что и так слишком уж задержалась в этом доме. Но он только пожал плечами, сказав:

– Ну, если Агнешка не против…

– Хорошо, я попробую, – выдавила я.

Детская, куда привела меня Полинка, выглядела так, словно сошла со страниц дорогого дизайнерского журнала, настолько тщательно были продуманы здесь все детали. Выдержанная в светло-бежевых тонах и наполненная игрушками, она выглядела очень уютной.

Девочка нырнула под шелковый полог кровати и устроилась поверх одеяла, поглядывая на меня прозрачными доверчивыми глазами. А я вдруг с отчаянием обнаружила, что от волнения позабыла все сказки, которые знала. Пришлось придумывать на ходу.

– Давным-давно в одном королевстве жили брат и сестра. Принц и Принцесса… – начала я. – И оба они были такими славными, такими милыми, что все их очень любили. Принц очень заботился о своей сестренке. Однажды зимой, когда снег укутал землю, Принцесса стала плакать. «Почему ты все время плачешь?» – огорчился маленький Принц. «Потому что в мире не осталось больше цветов, – ответила она. – Мне так их не хватает. Если бы мне хоть один цветочек, я бы сразу повеселела». Принц очень хотел порадовать свою сестричку. Он надел свои золотые доспехи, взял свой игрушечный меч и отправился на поиски цветка. Его золотые доспехи так сверкали на солнце, что снег в саду растаял, и подснежники подумали, что наступила весна. Они высунули полусонные головки из промерзшей земли и увидели мальчика. Он наклонился к одному подснежнику и сказал: «Ты нужен моей маленькой сестренке». – «Но если ты сорвешь меня, я умру!» – испугался цветок. «Да, но ты испытаешь такую любовь, за которую не жаль расплатиться жизнью», – возразил маленький Принц. Цветок задумался, а потом согласился и позволил маленькому Принцу сорвать себя…

Вообще-то я собиралась закончить сказку большим всеобщим хеппи-эндом, но полусонная Полинка вдруг перебила меня на полуслове:

– Я знаю, что было дальше.

– Правда? – постаралась я скрыть удивление, так как и сама еще не знала, чем именно все закончится.

– Правда. Я знаю: Принцесса умерла, и ее похоронили вместе с цветком.

Я содрогнулась от такой мрачной концовки.

– Нет, нет, что ты! – горячо запротестовала я. – Все было совсем не так!

– Нет, так! Но ты не расстраивайся, Агнешка! – Полинка просунула сквозь прутья кроватки почти прозрачные пальчики и дотронулась до моей руки. – Когда Принцесса умерла, она научилась летать и стала жить вместе с птицами в небе.

– А откуда ты это знаешь? – растерянно спросила я.

Бледно-голубые глаза серьезно и пристально посмотрели мне в глаза, так что мне стало не по себе от этого взгляда, совсем непохожего на наивный взгляд ребенка. Я улыбнулась через силу, слегка сжав ее ладонь и согревая своим теплом.

44